प्रकाश (ostrea) wrote in geografiya,
प्रकाश
ostrea
geografiya

Categories:

Земля Долпо (Северо-Западный Непал)


Якмен и его маленькая лошадка

Часть 5. День отдыха в Шей. Введение в яковедение

"Дрок-па зовут своих яков Табо, если они имеют черную шерсть с белыми пятнами; Донгбо, если у них есть белая звезда на лбу; Kава, если вся голова белая. Яки с шерстью золотистого цвета зовутся Цэнь; а имя Ралден як получает, если рога его не симметричны. Яков с самой лучшей шерстью зовут Лха. Их не убивают здесь ради мяса. Яки дрок-па никогда не перевозили "нечистые" грузы – сапоги и одежду. Когда яки стареют, их отпускают пастись на лучшие пастбища, а когда они умирают, люди Долпо разрезают их тела на части и предают воздушному погребению – точно так же, как и тела людей. Яки, в свою очередь, отдают все свои силы, чтобы нести на своих спинах грузы для людей по бескрайним горам и долинам Тибета. Они дают молоко, мясо и кожу. Их шерсть используется для изготовления канатов, мешков и черных войлочных палаток дрок-па. На высочайшем плато мира, где в языке кочевников невозможно даже найти слов, чтобы описать дерево, сушеный навоз яков является единственным доступным топливом. Дрок-па любят и почитают своих яков, совершая в их честь каждый год специальную церемонию".
Эрик Валли

04 сентября 2011 г., восьмой день похода. Shey Gompa, дневка.

Небольшое ущелье превращается тут в зеленую равнину. На небольшом плато, на слиянии двух рек стоит группа из нескольких монастырских строений, выкрашенных в красный цвет особым сортом местной красной глины, придающей этот же цвет окрестным скалам – знаменитая Шей Гомпа.


Шей Гомпа

Шей Гомпа, основанная в XI в., в настоящее время принадлежит к религиозному сообществу Chaiba, последователям Падмасамбхавы Ньингмапа. Пещера недалеко от Шей была местом медитации йогина тибетской линии Дрикунг Кагью, который, по преданию, основал этот монастырь. Считается, что это была самая первая община Kagyupa в Долпо.


Шей Гомпа (высота 4390). Upper Dolpo, Nepal

Настенные росписи внутри гомпы сделаны сравнительно недавно, вероятно, в семидесятых годах. В лхаканге находятся традиционные статуи Гуру Римпоче, Будды Шакьямуни и Миларепы. В одном из трех домов, прилегающих к Шей Гомпе, живет сторож – старый монах родом из Сиккима. Тут же хранится свиток, где названо имя его основателя – Ten-Szin-Ra-Pa, и описана легенда о горе Riwo Drugdra. Обычно гомпа закрыта – в ней нет монахов, местная община дрок-па слишком мала, чтобы их прокормить. Местный лама, когда приезжает сюда, обычно живет в соседней гомпе Tsakang, расположенной неподалеку в красной скале ("Tsa" по-тибетски означает "красный"), на заключительной части коры вокруг Хрустальной горы.

Священная долина Шей, населенная этническими тибетцами, была открыта для западного мира не более пятидесяти лет назад. Почти два столетия прошло с тех пор, как после экспансии гуркхов эта часть Тибетского плато отошла к Непалу, и с той поры мало что изменилось в местных обычаях.

Регион Долпо, географически расположенный на Тибетском плато, сейчас является частью Непала, но исторически эта зона была населена тибетцами Бон-по королевства Шангшунг, которые доминировали в Западном Тибете на протяжении более тысячи лет, а затем потерпели поражение от первой тибетской династии Ярлунг, между VI и VIII веками. После этого правителями Долпо были гьялпо из Королевства Ло (сейчас Верхний Мустанг). И наконец, в ходе военной консолидации Непала Притхви Нараян Шахом полтора века назад район Долпо отошел к Непалу. Тем не менее, эта область вплоть до середины XX века оставалась изолированной от Непала – отчасти из-за ее удаленности и труднодоступности, и отчасти из-за военной деятельности тибетских воинов Кхампа, использовавших Мустанг и Долпо в качестве партизанской базы во время их борьбы против китайской оккупации Тибета с 1959 года.

Долпо (точнее, его южная часть – до озера Поксундо) был открыт для треккинга и туризма лишь с 1989 года, да и то лишь частично. С 1999 года эта зона расширилась за счет выдачи дорогостоящих специальных разрешений для посещения Верхнего (Внутреннего) Долпо и Мустанга, но все равно оставалась малопосещаемой, теперь уже из-за революционной деятельности маоистов, которой широко охвачен весь Западный Непал. Поэтому и по сей день в этом регионе не распространен массовый туризм.

Сегодня численность жителей Внутреннего Долпо составляет не более 5000 жителей, рассеянных по огромной территории, ну а население этой крошечной деревни составляет (вместе с детьми) всего около десяти человек.


Стоянка в Шей расположена очень удобно – прямо на берегу реки

Еще с вечера вчерашнего дня наши разноцветные палатки и необычное поведение стали объектом пристального внимания и неугасающего интереса деревенских. Предполагаю, нас оба дня усиленно обсуждали на вечерней сходке.

Первыми нас посетили две старушки, попросившие дать им какие-нибудь медикаменты. Судя по энергичному поведению, это были, скорее всего, местные старейшины, управляющие общиной в отсутствие мужчин.


Последствия моей горной болезни в Шей Гомпе вышли, так сказать, изнутри наружу. У меня довольно чувствительные глаза, и еще накануне вечером проявился неприятный симптом: то ли от количества принятых накануне таблеток, питья которых я в обычной жизни избегаю до самого крайнего случая, то ли как аллергическая реакция на какой-то местный продукт (или тот же гипоксен) у меня сильно опухли и отекли веки, и, хотя чувствовала себя уже неплохо и в акклиматизационных целях много гуляла по округе, целых два дня я взирала на мир очами пожилого бассета. Надо было видеть, как за мое здоровье переживала эта тибетская бабушка – с полчаса она ходила вокруг меня, пытаясь ощупать мне лицо, попутно читая "исцеляющие" мантры. Чтобы отвлечь ее от попыток войти в тесный тактильный контакт с моей многострадальной головой, отдала ей для общины немного немудрящих медикаментов, специально взятых в аптечку с избытком. Многие болезни тут проистекают от отсутствия элементарных септиков и антибиотиков, и если хочется чем-то действительно помочь местным жителям, в Непал нужно везти именно их, а не игрушки и конфеты. Очень распространены огромные язвенные нарывы от цыпок, которые из-за грязи и расчесывания на местных не заживают годами, в то время как обычный антисептик (йод, перекись водорода, хлоргексидин, стрептоцидовые мази, бальзам "Спасатель") часто справляется с этой бедой за неделю, если случай не особенно запущенный, а такое тоже случается. Помню, как-то раз в Горкхе, когда я учила местных промывать раны и накладывать мазь, ко мне привели мужичка с сифилисом на последней стадии, вот это был атас.

Люди из деревни Шей очень охотно позировали для фото и с удовольствием общались, что не слишком характерно для отдаленных районов. В долине Тсум, например, местные крестьяне вели себя совершенно иначе – часто пугались фотоаппарата и закрывали лица, поэтому в Горкхе я людей почти не фотографировала. В Долпо же – совсем другое дело.


Возле древних ступ-чортенов Шей гомпы кипела работа – в это дождливое лето глина, которой обмазывают чортены, сильно размякла из-за обильных осадков, местами отвалились целые куски. Древние ступы требовали обновления и покраски – именно этим занималась сегодня вся местная община от мала до велика.


Древние чортены у Шей Гомпы

Мужчины месили раствор и готовили из сухой глины красный пигмент, женщины и дети занимались обмазкой. Я тоже внесла свою небольшую лепту в реставрацию, обмазав один угол, и вывела щепкой узоры орнамента. Ну и перефотографировала заодно все немногочисленное население деревни Шей.




Людей, сильно удаленных от городской цивилизации и туристических мест, во всех странах видно по лицам и глазам: они лучатся какой-то неправдоподобной светлой добротой, как у сказочных гномов. Они вежливы и открыты (не от воспитания – от природы), совершенно лишены фальши, любопытны без навязчивости, полны внутреннего достоинства. Тибетцы, хоть и прижимисты, и весьма и весьма "себе на уме" в различных торговых делах, почти всегда готовы бескорыстно оказать помощь и принять путника – следствие жизни в очень суровых условиях. Общаясь с людьми из глубинки, я всегда думаю, что именно те, которых принято считать дикими и отсталыми, сохранили в себе черты характера, изначально заложенного богом в людей: подлинную человечность, честность и доброту, так несвойственные городским жителям.


Жители деревни Шей. Upper Dolpo. September 2011, Nepal



Жители Шей разводят скот и занимаются террасированным земледелием, но урожаи тут скудны и не могут их прокормить. Выручает меновая торговля. Поэтому лето в Долпо – особый, очень важный сезон для поддержания жизнеспособности местных общин: в это время идут торговые караваны, как и много столетий назад. В Тибет везут в основном деревянный строительный материал (деревья на большей части Тибетского плато не растут) и зерно, обратно – соль, твердокаменные плитки прессованного зеленого чая и китайские промтовары. За мешок зерна в районе тибетских соляных озер отдают два мешка соли, а зимой в Непале за эту соль получают уже восемь мешков зерна. Пока мужчины путешествуют со своими яками между горами Долпо и Тибетом, женщины и дети остаются дома. А на зиму все население спускается в нижние долины, где климат менее суров.

Сейчас в Шей как раз стояли сразу два таких каравана – погонщики одного из них отдыхали тут два дня, давая якам подкормиться и отдохнуть, а сегодня собираются продолжить путь. А тут со склонов горы спустилось еще одно стадо в полсотни голов, сопровождаемое одним-единственным пастухом на лошади – этот караван выйдет из Шей завтра, составив нам компанию на первале Шей Ла.


Разговор караванщиков. Upper Dolpo. September 2011, Nepal





На поляне вовсю велись погрузочные работы. Очень интересно было наблюдать за привязкой деревянных балок на спины яков – животные позволяют это сделать, только будучи крепко стреноженными, а в свободном состоянии предпочитали строптиво бодаться и брыкаться. Чувствовалось, что процесс переноса этих балок им уже надоел хуже горькой редьки.


Яки и их погонщик

В облике яков сочетаются архаичность, которую им придает густая шерсть, и неправдоподобно выразительные умильные морды. Обаятельнейшие существа, брутальное гималайское мимими.


Яки – полное мимими...


И еще немножечко мимими:



Яки-быки, в зависимости от породы, могут называться Пака, Дзухмо, Дзопки и Кирхо. Это только основные разновидности. Ячиху всегда называют Нак. Не стоит просить на обед "yak cheese" или там "yak yogurt" (простоквашу), если не хочется навек покрыть себя несмываемым позором и стать объектом насмешек. Хуже этого только называть всех без разбору непальских портеров "шерпами". Стафф из числа местных очень любит между собой позубоскалить над туристами по этому поводу.

Чтобы блеснуть перед дрок-па своими познаниями в области гималайского яководства, необходимо знать следующее.

Дзухмо – гибрид яка с непальскими коровами. Дзопки – бесплодные быки от такого же скрещивания, прекрасные вьючные животные. Цолунг – одна из пород быков, которые живут в менее высокогорных районах, а кирко – это цолунг, скрещенный с накой. У каждой породы, полученной в результате дальнейшего скрещивания, есть свое название, например, дзимо и дзимси дзум, а также тулмо и памо – яки повышенной косматости.

Жизнь без яков была бы здесь невозможной. Як кормит, поит и одевает тибетца, дает жилье и тепло, пашет землю, перевозит грузы, используется как верховое животное. По самым крутым тропам як бежит уверенной поступью, и прекрасно умеет ходить по льду замерзших рек. Выражение "как корова на льду" – это не про него: там, где очень скользко, як катится на своих копытах, как заправский фигурист на коньках.

"Яки – наши родители. Мы не смогли бы выжить здесь без них. И подобно нашим детям, каждый из них имеет свое собственное имя" – так говорят о яках дрок-па. Что, конечно, отнюдь не освобождает яков от тяжелой работы – на каждое животное кладут "вьюк пудов в пять" (Пржевальский). Или три-четыре огромные деревянные балки.


Пржевальский очень положительно также отзывался о молоке и масле нак (як – это строго мальчик, не забываем!): "Молоко, доставляемое коровами яков, превосходного вкуса и густо, как сливки; масло, из него приготовляемое, всегда желтого цвета и по качеству далеко выше коровьего".

Это все так, вот только в хранении этого масла есть нюансы. Масло нак поступает в продажу в больших кусках 10-20 килограммов весом. В горах эти брикеты такой же ценный продукт, как прессованные плитки зеленого чая, своеобразная местная "валюта". Но наки, в отличие от коров, доятся далеко не каждый день, и молока дают совсем мало – всего около литра (для сравнения, обычная симментальская корова дает до 20 литров молока в сутки). Так как лишь немногие тибетцы владеют достаточно многочисленными стадами, чтобы получить зараз такое количество продукта, хозяин стада обычно держит масло у себя, пока брикет не достигнет нужного веса для продажи, иногда несколько месяцев. Поэтому масло поступает в продажу довольно горькое, с щедрой примесью ячьих волос и сора, прилипшего к нему в результате длительного хранения в юрте. Тем не менее, тибетцы едят даже совершенно прогоркшее масло со всеми примесями с огромным наслаждением, отрезая себе требуемое количество от куска с помощью указательного пальца. Масло в чистом виде для них это такой же деликатес, как для нас лучший шоколад или икра. Ну а тибетский соленый чай с маслом нак – самое лучшее, на мой взгляд, что только есть в тибетском "меню", в гималайских походах я его литрами выпиваю. Вот и в Долпо Будди готовил его просто божественно.

Караванщики позировали мне без устали, да и вообще производили впечатление людей очень веселых и активных.




С остальной же домашней скотиной тут не особенно церемонятся. Вот и сегодня наши попутчики заказали в общине себе овцу на ужин, щедро за нее заплатив. Здесь же, на поляне, велась разделка тушки.


Мясоооо! Вернее, его худшая часть – кишки и желудок

Внутренности разделываются очень тщательно – не должно пропасть ни кусочка ценного продукта. В бараньих желудках и кишках дрок-па как раз и хранят ячье масло и жир.

Наши портеры, как водится, не дремали, и успели урвать немного от этой овцы на ужин. Купили картошки еще, ну и самогонки само собой. Правда, из мяса нам досталась уже какая-то требуха – караванщики люди зажиточные, и претендовать на аналогичную долю мы не могли. Тем не менее, Будди так приготовил сизые потроха, сдобрив свежее мясо вкусным соусом, что вместе с ужином в этот день очень хотелось съесть свои пальцы (да, к тому времени я уже вовсю ела руками, как положено нормальному кочевнику).

Вечер я встретила у самого высокого из монастырских строений, просидев там около двух часов для акклиматизации.



Расходы этого дня: 1580NRs (стоянка и продукты).

Продолжение следует


Часть 1. Общая характеристика маршрута и организационные моменты
Часть 2. Бюджет. Заброска на маршрут и первые дни похода
Часть 3. Озеро Поксундо
Часть 4. Перевал Ngadra La – дорога в Шей
Tags: Южная Азия, горы
Subscribe

  • Хучни. Ханагский водопад

    Как и большинству горных рек реке Ханаг характерно бурное течение. На одном из резких спусков на реке образовался водопад. Мы застали его вполне…

  • Прогулка к Невской губе и таинственный остров

    "Лето, жара в городе. Включены и работают фонтаны. Сегодня блондинки пьяными купаются в фонтанах и бьют брюнеток на улицах с криками: - Сидишь…

  • Дербент

    Городу две тысячи пять тысяч лет. Ученые мужи считают этот факт спорным, но как бы там ни было, город один из самых древнейших на…

promo geografiya september 9, 2011 11:56 Leave a comment
Buy for 10 tokens
Правило 1. В заголовке или первых строках текста поста должно быть четко обозначено, о каком географическом объекте идет речь. Страна, район, город - чем подробнее, тем лучше. Правило 2. Текст поста должен иметь явную познавательную составляющую с точки зрения географии. Если модератору…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments